| < Предыдущая | Следующая > |
|---|
Коммунисты защитили от уничтожения жемчужину конного спорта России
Тучи над ристалищем
Активисты Первомайского райкома КПРФ приняли участие в субботнике на Ростовском ипподроме, пострадавшем от мощнейшего урагана, пронёсшегося над донской столицей. Они помогли расчистить скаковой круг от веток, камней и мусора, внеся свой вклад «в общее дело возрождения спортивного духа». Шефство над наездниками и их питомцами коммунисты Дона взяли ещё несколько лет назад, когда вместе с градозащитниками, краеведами, общественниками дали отпор ненасытным толстосумам, собиравшимся возвести на месте ипподрома дорогостоящий жилой комплекс и торговый центр. Как выяснилось, противостоять чиновничьим бесчинствам оказалось куда сложнее, чем стихиям природным.
То, что в наши дни деньги решают всё и позволяют переступить границы дозволенного, — общее место. Но ситуация, когда ради баснословной прибыли заезжие дельцы решили стереть с лица земли воплощённую в архитектурном объекте историю старейшей животноводческой отрасли региона, поставить крест на конном спорте и на разведении уникальной донской породы лошадей, погубить хозяйства, заводы и клубы, занимающиеся её селекцией и сохранением, вызвала в Ростовской области волну негодования, всколыхнула протесты.
Их участники требовали не дать погубить труд тысяч людей, сберечь традиции и достижения, приобретённые благодаря усилиям многих поколений конников, сохранить вековое национальное достояние, настоящую историческую достопримечательность южного края, которой является Ростовский ипподром.
Национальное достояние
Первые упоминания о деревянной трибуне и километровой беговой дорожке, где донские купцы щеголяли друг перед другом дорогими рысаками, встречаются ещё в конце ХIХ века. В 1902 году состоялось официальное открытие конного объекта, на котором проходили не только лошадиные бега, но и ярмарки, спортивные состязания и даже первые полёты аэропланов. После революции его территория также использовалась и как учебный полигон, где испытывались первые советские самолёты.
В 1920 году в Ростове-на-Дону по приказу Революционного Военного Совета России было создано Главное управление коневодства и коннозаводства, перед которым стояла задача организовать в разрушенной войнами молодой республике конезаводы и заводские конюшни для обеспечения поголовьем сельского хозяйства и армии. Селекционерам поручили вывести неприхотливую и выносливую верховую лошадь для армейской кавалерии. На помощь им государство отправляло в донские степи комсомольцев, находило по всей стране молодых талантливых специалистов, подбирало кадры, способные поднять важную отрасль народного хозяйства.
Кропотливая работа велась под руководством маршала, легендарного командарма Первой Конной, по совместительству с 1928 года редактора журнала «Коневодство и коннозаводство» С.М. Будённого. Ростовский ипподром стал селекционным центром, испытательной площадкой для новых племенных пород, в том числе для уникальной будённовской верховой.
Во время Великой Отечественной скакуны с Тихого Дона использовались в воинских частях, кавалерийских корпусах, в разведке и артиллерии, участвовали в параде на Красной площади в победном 1945-м. На самом ипподроме в годы войны проходили подготовку бойцы Ростовского стрелкового полка народного ополчения, формировались отряды добровольцев, отправлявшихся на фронт.
В период оккупации фашисты развернули здесь концлагерь, где были зверски замучены и убиты советские военнопленные и гражданское население.
В мирное время созданная в Ростовской области на базе заводов имени С.М. Будённого и Первой Конармии будённовская порода была официально зарегистрирована в 1948 году и признана одной из лучших верховых полукровных пород мира. И основным полигоном для испытаний и совершенствования этих уникальных лошадей, а также не менее знаменитых донской верховой, чистокровной верховой, тракененской и других пород до последнего оставался Ростовский ипподром.
Кстати, одним из его директоров много лет был генерал-майор, Герой Советского Союза Павел Брикель — командир 6-й гвардейской кавалерийской дивизии, отличившейся в том числе в Белорусской и Берлинской операциях. После упразднения кавалерии донские учёные сохранили «золотой генофонд», сделали упор на совершенствование качеств «будённовцев», необходимых в конном спорте, на развитие селекционных направлений по разведению конкурных скакунов и лошадей для троеборья.
Именно героический комдив был одним из тех, кто стоял у истоков проведения соревнований по конному спорту на Дону, организации одной из лучших в стране школ верховой езды. Степные скакуны били рекорды, становились фаворитами состязаний, занимали лидирующие места в рейтинге лучших конкурных бойцов мира, их экспортировали за рубеж, а ростовские наездники завоёвывали награды на мировых турнирах, в том числе золотые медали на Олимпийских играх.
Ипподром преображался, реконструировался, разрастался, строились новые конюшни, в том числе двухэтажные, счёт испытуемых лошадей шёл на сотни. В 1980-х годах длина скаковой дорожки увеличилась практически до двух километров, зрелищная территория расширилась почти на всю финишную прямую. На ипподроме была проложена не имеющая аналогов в стране мягкая дорожка из натурального грунта, действовала одна из лучших в мире стипль-чезных трасс для соревнований с препятствиями — земляными валами, водяными рвами и зелёными засеками.
В тёплые месяцы скачки проводились несколько раз в неделю, в дни розыгрыша главных традиционных призов число болельщиков достигало пяти тысяч человек. Ростовский ипподром стал не только важной ареной для Всесоюзных соревнований и аукционов, серьёзной тренировочной площадкой для спортсменов международного уровня, но и любимым местом отдыха ростовчан, где можно было провести время с семьёй, с детьми, бесплатно научиться верховой езде.
Погоняет нажива
Всё изменилось в 1990-е, когда на коне оказались дельцы, для которых главным были идеалы наживы, а легендарное прошлое страны и своих земляков — пустым звуком. Хотя даже в те ранние постсоветские годы руководству ипподрома удавалось избегать кредитного хомута, держать объект на плаву самоокупаемости, в том числе за счёт тотализатора, принимавшего ставки на бега и скачки. Но уже тогда было ясно, что толстосумы не оставят огромную территорию в центре города в покое. Появились и первые тревожные звоночки, что власти намереваются отдать на заклание культовый объект Ростова. Так и случилось, и повод подходящий появился.
У находившегося в федеральной собственности Ростовского республиканского ипподрома накопился долг в 37 тысяч рублей за воду. Выставленный местным водоканалом счёт был пустяковым для предприятия такого масштаба, но этого оказалось достаточно, чтобы прибрать его к рукам. Так как закон запрещал приватизацию государственных объектов федерального значения, он был по обходным схемам реорганизован в общество с ограниченной ответственностью, доведён в 2001-м до банкротства и спешно пущен с молотка. К своему столетнему юбилею ипподром оказался в частных руках крупного агрохолдинга «Юг Руси», был ликвидирован и исключён из госреестра.
Новые собственники после сделки, присвоив гигантский федеральный участок земли почти в 30 гектаров, практически сразу дали понять, что конноспортивный комплекс будет приговорён к коммерческой застройке, но взамен пообещали возвести новый ипподром на левом берегу Дона, «соответствующий всем требованиям». Время шло, обещанный конный комплекс за городом не строился, но и старый, находясь в юридически подвешенном состоянии, продолжал существовать. В 2007 году в донскую столицу прибыл лидер Венесуэлы Уго Чавес. Среди главных целей его визита был не только завод, выпускающий боевые и транспортные вертолёты, но и Ростовский ипподром, где состоялись скачки на приз российского президента В.В. Путина.
Снят с охраны
В мае 2020-го выяснилось, что без лишнего шума произошла смена юридического лица, после чего собственник включил в перечень функций не только спортивную деятельность, но и снос зданий, покупку и продажу недвижимого имущества, строительство зданий и инженерных коммуникаций. На ипподроме не заработал тотализатор, не был открыт новый сезон с традиционными спортивными состязаниями, показательными выступлениями представителей школы верховой езды, испытаниями пород лошадей. Было объявлено о повышении почти втрое арендной платы за денники — стойла в конюшнях, что коневладельцы восприняли однозначно: их вместе со скакунами всеми силами пытаются выдавить из родных стен, а имущество пустить с молотка.
В довершение всего из манежа, неожиданно признав его аварийным, вынудили съехать государственную конноспортивную школу, где ещё с советских времён безвозмездно занимались взрослые и дети, общались с лошадьми в рамках иппотерапии нуждающиеся в реабилитации пациенты. На месте же «аварийного» бесплатного учреждения открылась уже дорогостоящая, недоступная простым смертным частная конная школа.
Заступники ипподрома начали забрасывать жалобами высокие инстанции, писать петиции, обивать пороги начальственных кабинетов, пытаясь предотвратить его уничтожение. Была создана инициативная группа «Конники Дона», которая приступила к сбору подписей под обращением к российскому президенту, главе Чеченской Республики, тогдашним руководителям области и города, организовала пикеты, митинги и протестный марш, поддержанный во многих городах России, СНГ и даже за рубежом.
Активисты обратились за помощью к тогдашнему депутату областного Законодательного собрания Евгению Бессонову с просьбой спасти уникальный спортивно-культурный объект Южного региона. Коммунист, в свою очередь, пообещал оказать содействие и поднять проблему ликвидации Ростовского ипподрома в Госдуме, где интересы жителей Дона представлял первый заместитель фракции КПРФ Николай Коломейцев. Депутаты-коммунисты на всех уровнях призывали чиновников не раздавать «самые лакомые кусочки донской земли» дельцам, готовым возводить в зелёном массиве дорогостоящие многоэтажные «гнёзда» и наваривать на них капиталы.
Массовый протест вынудил должностных лиц пойти на уступки. Возобновились скачки, правда без участия зрителей — якобы в целях предотвращения распространения коронавируса, и было отложено взвинчивание аренды. Но праздновать победу общественности было рано.
Власти, с чьего одобрения в центре города была уже нагорожена пропасть многоэтажек, вплотную подошедших к территории ипподрома, заняли на словах примирительную позицию по отношению к мнению коллектива тренеров и владельцев лошадей. Они продолжали отрицать планы по выселению конников и их питомцев, заверяли, что, как бы ни повернулась ситуация, не лишат их крыши над головой. На деле же стали на сторону всемогущего собственника, который-де хозяин-барин, а значит, волен делать на своей частной территории то, что ему заблагорассудится.
Участвовавшие в сражении за символ конного спорта Юга России донские архитекторы в лице Ростовского регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, потребовали признать ипподром объектом культурного наследия. Областной комитет по охране объектов культурного наследия Ростовской области дважды отказывал Всероссийскому обществу охраны памятников истории и культуры во включении ипподрома в соответствующий реестр на основании «весомых» аргументов, приведённых экспертами от «Юга Руси». Кировский районный и Ростовский областной суды также поддержали позицию «охранного» комитета, не признав историко-архитектурное значение объекта и лишив его иммунитета.
Освежевать Холстомера
События вновь пустились в галоп летом 2024 года, когда Ростовский ипподром перешёл в собственность кубанской компании ООО «Элиас Групп». В это общество с ограниченной ответственностью входит и крупный девелопер «Неометрия», специализирующийся на возведении высоток на юге России. Вместе с заветными гектарами ростовской земли заезжие коммерсанты получили в своё распоряжение уникальную инфраструктуру ипподрома: комплекс трибун, рассчитанный на пять тысяч зрительских мест, тренировочные и призовые дорожки, десятки конюшен, сараев, складов, подсобных помещений, нежилых зданий, общежитий, кузни, ветеринарный лазарет, зернохранилище.
По оценкам экспертов, ставки оказались высоки. Коммерсанты объявили, что на месте Ростовского ипподрома вырастут 35-этажные 120-метровые высотки, подземный паркинг и бизнес-центр. Инвестиции в проект жилой застройки составили, по оценкам экспертов, свыше 50 миллиардов рублей. В ноябре 2025 года последовало переименование ООО «Ипподром ростовский» в ООО «Специализированный застройщик Малюгина». При этом конникам в очередной раз пообещали, что не выставят их на улицу, продлят аренду, пока те не пристроят своих питомцев и не найдут новые места для их содержания.
Но в начале октября прошлого года, несмотря на данные гарантии, в том числе и ростовскими чиновниками, новые владельцы ипподрома неожиданно сделали ход конём. Они заявили о закрытии объекта, уведомили сотрудников об увольнении, а собственников лошадей — об отказе продлевать с ними договоры аренды. Призвали покинуть помещения до 28 ноября, когда будут отключены коммуникации, прекращено обслуживание посетителей, проведение спортивных мероприятий, соревнований и тренировок. То, что накануне зимы люди и несколько десятков уникальных скакунов, требующих особого обслуживания и специального ухода, нуждающихся в многочасовых тренировках, попросту окажутся на улице, частников, очевидно, не интересовало.
Конники в очередной раз поднялись на борьбу за родной ипподром. Они стали участниками нескольких акций протеста донских коммунистов в южной столице, в том числе митинга 7 ноября, где заявили об угрозе ликвидации, нависшей над «сердцем коневодства Ростовской области», объявили о начале сбора подписей под петицией в его защиту, призвали остановить уничтожение советского и российского коневодства. Через месяц на протестной акции Компартии инициативная группа во главе с Надеждой Зубковой потребовала от должностных лиц признать ипподром объектом культурного наследия, разработать долгосрочную программу развития коневодства в регионе с участием власти, бизнеса и общественности, вернуть конноспортивную школу олимпийского резерва, восстановить отделение иппотерапии, в которой нуждаются дети и бойцы СВО во время реабилитации.
— Это памятник живой истории нашего города, свидетель эпох, традиций и мастерства. Утратив его, мы лишимся уникального культурного достояния как неотъемлемого элемента идентичности Донского края, — заявила представительница конного сообщества.
Активисты снова обратились за помощью к лидеру донских коммунистов, депутату Госдумы Евгению Бессонову, который, в свою очередь, направил запрос в Генпрокуратуру РФ с просьбой проверить процедуру приватизации Ростовского ипподрома, правомерность перехода его в частную собственность, основания оформления земельного участка для прояснения правового статуса территории. В направленном заявлении первый секретарь Ростовского обкома КПРФ отметил, что ипподром является достоянием не только области, но и всей страны, поэтому недопустимо, чтобы частные лица единолично решали его судьбу.
Первые результаты прокурорской проверки ошеломили, выявив мутные схемы по переходу конного комплекса из федеральной собственности в частные руки. Кроме того, вскрылись нарушения в работе комитета по охране объектов культурного наследия региона, который никак не мог разглядеть историко-архитектурную значимость объекта, не соблюдал порядок и сроки рассмотрения заявлений защитников ипподрома. По этому факту прокуратура вынесла представление главе охранного ведомства.
Бульдозер против Буцефала
Пока компетентные органы выясняли правомерность действий чиновников, новые хозяева ипподрома спешили разделаться с ненужным балластом. Третьего декабря они завезли на территорию ипподрома экскаваторы, стали варварски, на глазах у сотрудников ломать конюшни, сносить постройки. Владельцы лошадей в ответ заблокировали проезд спецтехники, остановили рабочих и вызвали на место происшествия полицию. Властям наконец пришлось вмешаться и заявить о взятии накалившейся ситуации под свой контроль. В областном правительстве поспешили заверить, что начаты переговоры со всеми заинтересованными сторонами и получено согласие владельцев ипподрома о возможности нахождения лошадей в родных конюшнях по крайней мере на ближайшие месяцы.
Уже на следующий день в ходе «прямой линии» с жителями региона донской губернатор Юрий Слюсарь заявил о решении подать в суд на постановление об изменении целевого назначения ипподрома, а также о намерении внести изменения в план землеустройства и застройки, который не позволит на месте конюшен возводить жилые комплексы. Он пообещал, что в случае успешного возвращения спорной территории в распоряжение области будет проведён опрос ростовчан. Только им решать: проголосуют ли они за сохранение ипподрома либо за возможность появления на его месте парка или общественного пространства, отметил глава региона.
В апреле этого года Октябрьский районный суд Краснодара удовлетворил антикоррупционный иск Генпрокуратуры и признал сделку о передаче ипподрома в частные руки незаконной. Правоохранители установили, что он был обанкрочен с целью последующей продажи «в сотни раз ниже рыночной стоимости». При ориентировочной цене объекта в 2 миллиарда он был продан за бесценок — за 7,5 миллиона рублей. При этом новые хозяева растаскивали в прямом смысле по кускам имущество и землю ипподрома, не вкладываясь в его развитие, а используя для получения займов в кредитных учреждениях и вывода средств за рубеж.
Суд принял решение об изъятии в пользу государства имущества и многомиллиардных активов должностных лиц, депутатов и бизнесменов, «замешанных в коррупционных схемах». В «чёрный список» попали бывшие первые лица Донского края, в том числе экс-глава региона Владимир Чуб и его заместители, руководители десятков фирм, причастных к уничтожению Ростовского ипподрома.
Его нынешние владельцы не считают себя в ответе за действия коммерсантов и чиновников многолетней давности, а свою сделку 2024 года называют «полностью прозрачной, заключённой на рыночных условиях, соответствующей всем нормам действующего законодательства» и намерены обжаловать решение о национализации Ростовского ипподрома в суде.
Кто кого?
В конце июня после многолетних судебных разбирательств и прокурорских проверок старейший и крупнейший ипподром страны был объявлен «выявленным объектом культурного наследия». Комитет по охране ОКН Ростовской области наконец признал: его территория обладает архитектурной и ландшафтной ценностью, что может послужить охранной грамотой от уничтожения и массовой застройки. Проведение любых работ на его территории теперь будет возможно лишь с разрешения государственных органов.
Сейчас идёт процесс оформления документов о смене собственника и о присвоении титула теперь уже не выявленного, а полноправного объекта культурного наследия. Ипподром до того времени будет находиться в юридическом вакууме, а судьба донских скакунов — оставаться туманной. Пока в стране царят порядки, при которых правят бал жадность и наглость дельцов, пока крысы чистогана отгрызают жирные куски народного достояния, никто не может быть спокоен за своё будущее, имущество и мечты. А значит, вполне вероятно, за Ростовский ипподром его защитникам, в первых шеренгах которых идут коммунисты, ещё придётся побороться.
Но впервые за последние годы у конного сообщества появилась надежда на будущее, вера в то, что возобновятся скачки и бега, вернётся школа верховой езды олимпийского резерва, возродятся династии, а присвоенный официальный статус спасёт ипподром и вместе с ним всё донское коневодство от растаптывания капиталистическими барыгами.
